Брат Лайла умирает от нового ядовитого наркотика, который молниеносно распространяется по улицам, и это чувство утраты сжимает грудь до невозможности дышать. Лайл не принимает случайность; горечь превращается в решимость, и он дает себе клятву отыскать тех, кто принес это зелье в город и тех, кто наживается на смертях других. Путь его начинается с тихих дворов и душных подъездов, где шепот заменяет правду, а взгляд может стоить жизни: люди боятся говорить, но в каждой тени прячется подсказка — обрывок упаковки, слово, быстро брошенное прохожим.
Расследование выводит Лайла в другую реальность — неформальную, хищную сеть, где закон заменен прагматикой выживания. Здесь правят жесткие правила, и перечить им опасно. Он видит, как простые сделки превращаются в охоту, как доверие становится валютой, которая легко обесценивается. Улицы напоминают джунгли: постоянный шум, запах бензина и пот, разнонаправленные движения людей, каждый из которых готов атаковать первым. Лайлу приходится учиться действовать быстро: реакции важнее планов, а сила удара — иногда единственная гарантия, что он останется жив.
Встречи с торговцами и наемниками дают ему фрагменты картины — цепочки, ведущие вверх, молчаливые договоры и жестокие наказания за предательство. Каждый шаг оставляет следы боли и усталости, но страх уступает место острой сосредоточенности. Он не ищет мести ради мести, а правды ради — и эта правда пахнет горечью и кровью. По мере продвижения вперед Лайл понимает, что исход противостояния зависит не только от смелости, но и от умения мгновенно реагировать и ударять решительно, когда того потребует жизнь.